- Спасибо, - озадаченно проговорил голос. - А ты?

- И я спасибо! Тебе что-нибудь нужно?

- Я бы хотел поговорить с твоим папой. Можно?

- А почему ты грустный?

- Хм... Не знаю... Устал, наверно.

- А откуда ты звонишь? Из темного леса? - Таньке не хотелось прекращать интересный разговор, и она, увидев, что идет отец, успела задать ещё несколько вопросов. - Тебе негде ночевать? За тобой гонятся собаки? Ты хочешь у нас спасаться?

Вадим Кузьмич подождал, пока Танька выслушает ответ, взял трубку.

- Это Серый Волк, - сказала Танька. - Ему негде ночевать. Он хочет приехать к нам в гости.

- Гости - это хорошо. Алло! Кто нужен?

- Гражданин Анфертьев? Вас беспокоит дон Педро.

- Кто?! - присел от неожиданности Вадим Кузьмич. - Кто меня беспокоит?

Педро?

- Дон Педро, - поправил неизвестный собеседник.

- Слушаю вас, товарищ дон Педро. - Анфертьев робко улыбнулся.

- Нечего меня слушать! - вдруг панибратски сказал новоявленный Педро. - Ты лучше стол накрывай. Гость у тебя сегодня. Гость из Испании. Вовушка. Помнишь такого? Сподгорятинский!

Да, это был Вовушка. Давний, ещё с институтских времен, приятель Анфертьева. В свое время вся группа посмеивалась над его нескладностью, колхозными одежками и словечками, над его салом в тумбочке, скуповатостью, которая - теперь-то это все поняли и устыдились своих насмешек - шла скорее от скудных достатков, а уж никак не от жадности.

Вовушка потешал не только просторными штанами с пузырями на коленях, но ещё больше - избранницами. Надо же, Вадим Кузьмич начисто забыл девушек, мелькнувших на его пути, но помнил всех, за которыми безуспешно и безутешно ухаживал Вовушка. Девушки эти были под стать ему самому - в пиджаках с ватными плечиками, в туфлях с тяжелыми каблуками, в мелких бараньих завитушках и с такой обжигающе красной помадой, которую можно встретить разве что на огнетушителях да пожарных машинах.